Постановление Мурманского областного суда от 06.09.2013 года по уголовному делу № 22-1749/2013 — Юридическая, судебная практика. Адвокат Кудашев С. В. Суды общей юрисдикции — Судебная практика
Мурманск, ул. Марата 14, офис 24
clock+
График работы
 09:00 — 21:00
Сегодня:
Пятница 14 Декабрь

+7 911 800-1000

+7 953 300-0011

Постановление Мурманского областного суда от 06.09.2013 года по уголовному делу № 22-1749/2013

Изложив содержание приговора, существо апелляционной жалобы, возражений на неё, выслушав объяснение осуждённого <скрыто>, адвоката Кудашева С. В., поддержавших доводы жалобы, мнение потерпевшей <скрыто>, её представителя адвоката <скрыто>, мнение прокурора <скрыто>, полагавших приговор законным и обоснованным, суд

УСТАНОВИЛ:

<Скрыто> признан виновным в нарушении правил дорожного движения лицом, управлявшим автомобилем, повлёкшем по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах.

28 июля 2012 года в период времени с 19 часов 15 минут до 20 часов 27 минут водитель <скрыто>, управляя полностью технически исправным автомобилем марки «Ауди А 6», государственный регистрационный знак <скрыто>, будучи обязанным знать и соблюдать требования Правил дорожного движения РФ, в нарушение требований пунктов 1.5 ( «Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда»), 10.1 абзац 1 ( «Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения… Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил»), 10.2 ( «В населённых пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч…») Правил дорожного движения РФ, двигаясь по правой стороне проезжей части на 6 км авто подъезда к г. Североморску Мурманской области, по направлению движения из г. Мурманска в сторону г. Североморска, со скоростью более 116,5 км/ч, значительно превышающей установленное ограничение скорости на данном участке авто подъезда, лишил себя технической возможности предотвратить происшествие, легкомысленно отнесясь к возможному наступлению общественно-опасных последствий и допустил столкновение с автомобилем марки «Форд Фокус», государственный регистрационный знак <скрыто>, выезжающий со стороны прилегающей территории на проезжую часть авто подъезда к г. Североморску Мурманской области, по которой двигался на своём автомобиле <скрыто>.

Указанные нарушения Правил дорожного движения РФ, допущенные водителем <скрыто> при управлении автомобилем, согласно заключению эксперта №    320/02-1, 321/02-1 от 20.03.2013 года, с технической точки зрения находятся в причинной связи со столкновением автомобилей.

В результате действий водителя <скрыто> водителю <скрыто> по неосторожности были причинены телесные повреждения, повлёкшие тяжкий вред здоровью, находящиеся в прямой причинно-следственной связи со смертью <скрыто>, которая наступила <скрыто>.

В апелляционной жалобе адвокат Кудашев С. В. в интересах осуждённого <скрыто> выражает несогласие с приговором. Считает, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, что суд не дал оценки доказательствам по делу и формально согласился с позицией обвинения, а также необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства стороны защиты об исключении доказательств, полученных с нарушением закона.

Считает, что суд необоснованно изменил <скрыто> меру пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу, поскольку в колонию-поселение он должен был следовать за счёт государства самостоятельно. При этом, оснований для направления осуждённого в колонию-поселение под конвоем не имелось.

Полагает, что суд необоснованно отнёсся критически к показаниям <скрыто>, которые являются последовательными, непротиворечивыми, согласуются с письменными доказательствами по делу и согласно которым, двигаясь по главной дороге с незначительным превышением скорости, выезжая из-за поворота, <скрыто> увидел, что по прилегающей территории на расстоянии 3-4 метров в сторону проезжей части (главной дороги), по которой он двигался, перпендикулярно движению его автомобиля едет автомобиль «Форд Фокус» со скоростью примерно 5-10 км/час. В этот момент расстояние от автомобиля <скрыто> до места выезда с указанной прилегающей территории было примерно 100-90 метров. Приблизившись к месту выезда с прилегающей территории, по которой двигался автомобиль «Форд Фокус», <скрыто> видел, что данный автомобиль продолжает движение с той же скоростью. Когда расстояние от автомобиля под управлением <скрыто> до места выезда автомобиля «Форд Фокус» сократилось до 60-50 метров, <скрыто> подал звуковой сигнал. Однако автомобиль «Форд Фокус» продолжал движение по направлению к выезду с прилегающей территории на главную дорогу, по которой двигался автомобиль под управлением <скрыто>. При этом передние колёса автомобиля «Форд Фокус» находились на прилегающей территории примерно на 0,5-0,3 метра от проезжей части.

Когда расстояние между, автомобилями «Форд Фокус» и «Ауди А 6» сократилось до 35-30 метров, внезапно для <скрыто> автомобиль «Форд Фокус» выехал на главную дорогу, передние колёса автомобиля «Форд Фокус» находились на проезжей части примерно на 0,1-0,3 метра, а задние на правой обочине, и автомобиль «Форд Фокус» продолжал движение, не реагируя на звуковой сигнал.

На расстоянии 30-26 метров от автомобиля <скрыто> применил экстренное торможение, при этом «Форд Фокус» увеличил скорость своего движения с 5-10 км/час до 10 — 15 км/час.

Предотвратить столкновение автомобилей, у <скрыто> уже не было технической возможности и произошло дорожно-транспортное происшествие.

Изложенная <скрыто> ситуация (ситуация №    2) была предметом исследования судебного эксперта автотехника, по заключениям которого, эксперт сделал вывод: «Если события происшествия развивались по ситуации №    2, то действия водителя <скрыто> не соответствовали требованиям пунктов 8.3, 1.2 (термин «Уступить дорогу (не создавать помех)») и 1.5 (абзац 1) Правил дорожного движения Российской Федерации. При данном варианте развития событий происшествия несоответствие действий водителя <скрыто> требованиям пунктов 8.3, 1.2 (термин «Уступить дорогу (не создавать, помех)») и 1.5 (абзац 1) Правил дорожного движения Российской Федерации, с технической точки зрения, находится в причинной связи со столкновением автомобилей».

Противоречия между <скрыто> и свидетелем <скрыто> в части возникновения опасности столкновения автомобиля «Ауди А 6» под управлением <скрыто> с автомобилем «Форд Фокус» под управлением водителя <скрыто> ни в ходе досудебного, ни в ходе судебного производства устранены не были. В удовлетворении ходатайства стороны защиты о назначении судебной автотехнической экспертизы суд отказал.

Обращает внимание, что свидетель обвинения <скрыто> в суде не допрашивалась, а её показания, данные в ходе предварительного расследования были оглашены, что содержание выводов судебного эксперта автотехника, изложенные в заключении эксперта от 20 марта 2013 года №    320/02-1, №    321 /02-1, в части обстоятельств, которые могли повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания <скрыто>, в приговоре не приведены.

Заявляет, что суд, ссылаясь в приговоре на протокол дополнительного осмотра места происшествия, от 18 сентября 2012 года, не дал оценку показаниям допрошенных по делу в судебном заседании свидетелям <скрыто> и юриста <скрыто> о том, что они не подписывали этот протокол и в протоколе стоят не их подписи. Подсудимый <скрыто> также показал, что протоколе стоит не его подпись.

Указывает, что следователем <скрыто> были самостоятельно без составления протокола проведены измерения, оформленные в виде сообщения, использованные в последующем экспертом для исчисления продольного уклона на участке торможения автомобиля «Ауди А 6», что препятствует дальнейшему использованию в процессе доказывания по уголовному делу доказательств, полученных с нарушением норм уголовно-процессуального закона, а ходатайство защитника о признании сообщения следователя недопустимым доказательством судом оставлено без удовлетворения.

Просит отменить приговор от 04 июля 201З года и передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии подготовки к судебному заседанию. Меру пресечения <скрыто> в виде содержания под стражей отменить, освободить его из-под стражи.

В суде апелляционной инстанции защитник заявил ходатайство о признании недопустимыми доказательствами протокола дополнительного осмотра места происшествия от 18 сентября 2012 года и сообщения следователя <скрыто> от 27.11.2012 с указанием величин замеров используемых для исчисления продольного уклона на участке торможения автомобиля «Ауди А 6».

В возражениях на жалобу защитника государственный обвинитель <скрыто> указывает, что при соблюдении скоростного режима <скрыто> имел техническую возможность избежать ДТП. Выводы суда, изложенные в приговоре не содержат противоречий. Считает приговор законным и обоснованным, а назначенное <скрыто> наказание – справедливым. Просит приговор оставить без изменения, а жалобу — без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на неё, суд находит приговор в части осуждения <скрыто> законным и обоснованным, вместе с тем подлежащим изменению по следующим основаниям.

Выводы суда о виновности <скрыто> в совершении инкриминируемого ему деяния основаны на исследованных в судебном заседаний и изложенных в приговоре доказательствах, которые признаны судом соответствующими требованиям относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности достаточными для постановления в отношении него обвинительного приговора.

С учётом добытых доказательств суд дал правильную юридическую оценку действиям <скрыто> по ч. З ст. 264 УК РФ.

Вопреки доводам жалобы, показания <скрыто> являются противоречивыми и непоследовательными.

В суде первой инстанции <скрыто> дважды давал показания и оба раза его показания существенно отличались друг от друга, а также от версии изложенной в апелляционной жалобе.

Так, первоначально <скрыто> в суде показал, что ехал со скоростью 110-120 км/ч, выезжая из-за поворота с расстояния 100-90 метров увидел автомобиль «Форд Фокус», который приближался к проезжей части со скоростью 5- 10 км/ч. На расстоянии 60-50 метров он подал звуковой сигнал, а на расстоянии 35-30 метров, когда автомобиль «Форд» подъехал передними колёсами к полосе и стал выезжать на неё, он резко нажал на педаль тормоза, затем произошло столкновение (первая версия <скрыто>).

Впоследствии <скрыто> изменил показания и показал, что управлял автомобилем и действительно двигался с превышением скоростного режима со скоростью 120 км/ч. Вместе с тем, манёвр водителя <скрыто> по выезду с прилегающей территории на проезжую часть оказался для него неожиданным, поскольку автомобиль под управлением <скрыто> двигался параллельно его автомобилю по прилегающей территории примерно 60 метров, а на расстояний менее 30 метров от его автомобиля вдруг выехал на его полосу движения. На расстоянии 30 метров от автомобиля «Форд Фокус» он принял меры к экстренному торможению, однако столкновения избежать не удалось (вторая версия <скрыто>).

Данные показания <скрыто> приведены в приговоре. Они соответствуют протоколу судебного заседания, копия которого защитником была получена и замечаний на протокол судебного заседания принесено не было. Эта версия событий является второй версией, изложенной <скрыто>, в судебном заседании, и именно на ней он настоял, поэтому его первоначальные показания в приговоре не приводились.

В суде апелляционной инстанции <скрыто>, не отрицая того, что его показания, которые он давал в суде цервой инстанции, в приговоре изложены правильно, заявил, что когда он давал показания в суде, то перепутал понятия «параллельно» и «перпендикулярно». Вину не признает, настаивает на показаниях, изложенных в жалобе своего защитника (третья версия <скрыто>).

Несмотря на то, что осуждённый <скрыто> виновным себя не признал, его вина подтверждается показаниями свидетелей <скрыто>, <скрыто>, протоколами осмотров места происшествия, заключениями экспертиз, а также другими доказательствами.

Так, из оглашённых с согласия сторон показаний свидетеля <скрыто> следует, что 28.07.2012 около 19 часов 15 минут она ехала в качестве пассажира в автомобиле «Ауди А 6», под управлением <скрыто> из г. Мурманска в ЗАТО г. Североморск. Двигаясь по авто подъезду к г. Североморску, в районе 6-го километра, <скрыто> ехал со скоростью 100- 120 км/час, располагая автомобиль примерно посередине правой стороны проезжей пасти. Когда автомобиль под управлением <скрыто> выехал из правого поворота и находился в конце подъёма, то она сразу же увидела, что со стороны автомобильной мойки на сторону движения<скрыто>, перпендикулярно их движению, медленно выезжает автомобиль «Форд Фокус», расстояние до которого составляло примерно 100 метров. <Скрыто>применил звуковой сигнал, на который водитель «Форд Фокус» не отреагировал. После того как расстояние между автомобилями сократилось примерно до 25-30 метров, <скрыто> применил экстренное торможение, но не избежал столкновения. Считает, что <скрыто> мог избежать дорожно-транспортного происшествия, если бы двигался с разрешённой скоростью и вовремя принял меры к остановке автомобиля . 1 л. д. 150-153).

Указанные обстоятельства <скрыто> подтвердила в схеме к протоколу допроса в качестве свидетеля . 1 л. д. 154).

Из оглашённых с согласия сторон показаний свидетеля<скрыто>, сотрудника ДПС ОГИБДД МО МВД России по ЗАТО г. Североморск и г. Островной следует, что 28.07.2012 в 19 часов З0 минут, получив сообщение о ДТП в районе 6-го километра авто подъезда к городу Североморску, он прибыл на место и установил, что водитель <скрыто> двигался по проезжей части авто подъезда к городу Североморску со стороны города Мурманска. Водитель <скрыто> выезжал, с прилегающей территории со стороны автомойки на проезжую часть справа налево относительно движения автомобиля под управлением <скрыто> . 1 л. д. 177-179).

Кроме того, вина <скрыто> подтверждается протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 28.07.2012 с иллюстрированной таблицей и схемой к нему, в ходе проведения которого была, зафиксирована обстановка на месте дорожно-транспортного происшествия . 1 л. д. 23-37); протоколом дополнительного осмотра места происшествия от 18.09.2912, согласно которому <скрыто> указал на месте обстоятельства дорожно-транспортного происшествия с его участием.

Из протокола следует, что по указанию <скрыто> был выставлен автомобиль «Форд Фокус» в тот момент, когда <скрыто> его заметил. Согласно указаниям последнего, автомобиль «Форд Фокус» был установлен у правого края проезжей части, обращённый передней частью кузова к середине дороги, при этом передние колеса автомобиля «Форд Фокус» находились на проезжей части, а задние на правой обочине. Расстояние от автомобиля до километрового столба с надписью «6» составило 65,7 м. Автомобиль «Ауди А 6» был выставлен <скрыто> с боковым интервалом 1,5 м до правой обочины на расстоянии 162,2 м от километрового столба с надписью «6». <Скрыто> указал, что именно с этого места он заметил автомобиль «Форд Фокус» . 1 л. д. 104 -110); протоколом проверки показаний свидетеля <скрыто> на месте от 11.05.2013, согласно которому было установлено, что расстояние, с которого она, находясь в салоне автомобиля «Ауди А 6», увидела автомобиль «Форд Фокус», уже заехавший передними колёсами на проезжую часть, составило 75,1 метр . 1 л. д. 160-167); заключениями эксперта №    -1229/02-1, 1230/02-1 от 30.11.2012 и №    320/02-1, 321 /02-1 от 20.03.2013, согласно которым водителем <скрыто> были нарушены требования пунктов 1.5, 10.1, 10.2 ПДД РФ, поскольку скорость движения автомобиля «Ауди А 6» под управлением <скрыто> перед началом торможения была более 116,5 км/ч, а в момент удара — 89 км/ч, и эти нарушения находятся с технической точки зрения в причинной связи с ДТП. При выполнении водителем <скрыто> действий, в соответствии с требованиями пунктов 10.1 (абзац 1), 10.2 и 1.5 (абзац 1) ПДД РФ столкновение автомобилей исключалось . 1 л. д. 121 — 136, 194 — 212); показаниями эксперта <скрыто>, подтвердившего в судебном заседании обоснованность выводов проведённых им указанных экспертиз; заключением эксперта №    635/11 от 30.01.2013 о телесных повреждениях обнаруженных у<скрыто>, которые могли образоваться при дорожно-транспортном происшествии 28.07.2012, причинили тяжкий вред здоровью и находятся в прямой причинно-следственной связи со смертью <скрыто> . 1 л. д. 219-228).

Указанным выше и другим исследованным и приведённым в приговоре с достаточной полнотой доказательствам судом дана надлежащая оценка с точки зрения относимости, достоверности, допустимости, а в совокупности и достаточности для выводов о виновности <скрыто> в совершении указанного преступления.

Суд в приговоре привёл мотивы, по которым он признает доказательства достоверными. При этом данная судом аргументация основана на оценке совокупности исследованных доказательств и является правильной.

Показания названных свидетелей согласуются между собой, а также с приведёнными выше доказательствами и другими материалами дела и опровергают, как высказанные <скрыто> обе версии обстоятельств ДТП в суде первой инстанции, так и третью версию обстоятельств ДТП, приведённую в апелляционной жалобе защитника и подтверждённую осуждённым. Поэтому к показаниям <скрыто> суд относится критически.

Доводы жалобы о том, что у суда не имелось оснований не доверять показаниям <скрыто>, что противоречия между <скрыто> и свидетелем <скрыто> в части возникновения опасности столкновений автомобилей не были устранены, а также о том, что в приговоре не приведено содержание выводов эксперта от 20 марта 2013 года №    320/02-1, №    321/02-1, в части обстоятельств, которые могли повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности наказания <скрыто> являются необоснованными.

От показаний данных в суде первой инстанции <скрыто> отказался в суде апелляционной инстанции, в том числе и в части возникновения опасности столкновения автомобилей. Необходимости давать более подробный анализ выводов эксперта у суда не было, поскольку версия дорожно-транспортного происшествия, на которой <скрыто> настаивал в судебном заседании, в экспертизе не описывалась.

Отвечая на поставленные следователем вопросы о допущенных участниками дорожно-транспортного происшествия нарушениях ПДД эксперт указывал и о нарушениях допущенных водителем <скрыто>, в случае если имела место ситуация №    2, описанная со слов <скрыто>, когда водитель <скрыто> не уступил дорогу <скрыто>. Однако, вопреки доводам жалобы, даже в этой ситуации имелась вина водителя <скрыто>, нарушившего пункты 10.1, 10.2 ПДД РФ, и эти нарушения находятся с технической точки зрения в причинной связи с ДТП.

При этом обстоятельства преступления судом были установлены правильно и не соответствовали ни ситуации №    2 (по экспертизе), ни другим показаниям <скрыто>.

Показания свидетеля <скрыто> были оглашены в судебном заседании с согласия сторон в соответствии со ст. 281 УПК РФ. Права осуждённого этим не нарушены. Кроме того, в ходе предварительного расследования между <скрыто> и <скрыто> проводилась очная ставка, в ходе которой <скрыто> мог задавать ей все интересующие его вопросы.

Все ходатайства сторон нашли своё правильное разрешение.

Доводы стороны защиты о признании недопустимыми доказательствами протокола дополнительного осмотра места происшествия от 18.09.2012, сообщения следователя <скрыто> с указанием величин замеров, использованных для исчисления продольного уклона на участке торможения автомобиля «Ауди А 6» и исключении их из числа доказательств, являются необоснованными.

Так, дополнительный осмотр места происшествия проводился с участием следователя <скрыто>, понятых <скрыто> и <скрыто>, с участием <скрыто> и его представителя – юриста <скрыто>, а также с участием водителя автомобиля <скрыто> и водителя автомобиля <скрыто>.

Действительно <скрыто> в суде первой инстанции показал, что схему к протоколу ДОМП он подписывал, а подписи на протоколе дополнительного ОМП не его, свидетель – юрист <скрыто> также показал, что они составили схему ДОМП, понятые и он подписали схему, а протокол ДОМП он не подписывал, свидетель <скрыто> в судебном заседании не отрицала, что была понятой и подписывала какие-то документы, что на двух листах протокола подписи не её, а на двух других похожи.

Вместе с тему в судебном заседаний свидетель <скрыто> утверждал, что следователь разъяснила <скрыто> права и обязанности, что-то       разъясняла понятым, затем совместно с юристом <скрыто> производила замеры, составляла протокол осмотра. Свидетель <скрыто> также подтвердил обстоятельства проведения следственного действия, показал, что были двое понятых, они подписывали протокол.

Следователь <скрыто> полностью подтвердила все обстоятельства производства ею дополнительного осмотра места происшествия, участие понятых, других лиц, составление ею протокола, схемы, подтвердила, что понятые подписывали протокол и схему «на весу», на планшете.

В ходе данного следственного действия <скрыто> были расставлены автомобили «Форд Фокус» и «Ауди», была составлена схема с измерениями, на которой расписались участники следственного действия, в том числе <скрыто>, юрист <скрыто> и понятая <скрыто>. При этом, все измерения, которые были нанесены на схеме, отображены и в протоколе осмотра места происшествия, что указывает на его достоверность.

Суд также учитывает, что по заявлению <скрыто> о неправомерных действиях следователя <скрыто> при составлении дополнительного протокола осмотра места происшествия следственным отделом по ЗАТО Мурманской области СУ СК РФ по Мурманской области проводилась процессуальная проверка, по результатам которой постановлением от 04.09.2013 года отказано в возбуждении уголовного дела.

Сообщение следователя <скрыто> от 27.11.2012 с результатами замеров для исчисления продольного уклона на участке торможения автомобиля «Ауди А 6», направленное эксперту по его ходатайству, является иным документом и не требует обязательного участия понятых для его оформления. Следователь <скрыто> была допрошена в судебном заседании и пояснила, каким образом производила измерения. Участие специалиста для подобного рода измерений не обязательно, ввиду отсутствия какой-либо технической сложности производства измерений. Помимо того, из показаний эксперта <скрыто>, проводившего экспертизы, следует, что результаты этих замеров на скорость автомобиля практически не влияли, поскольку продольный уклон составил незначительную величину 0,153 м на 30 метров, то есть менее 3 градусов (0,3 градуса, как указано в экспертизе), что видно на фотоснимках с места дорожно-транспортного происшествия, его можно было и не учитывать при производстве экспертизы. При этом, согласно экспертизе скорость автомобиля «Ауди А 6» под управление <скрыто> до начала торможения составляла 116,5 км/ч, что подтверждает и сам<скрыто>, дав показания о том, что скорость была 120 км/ч.

Таким образом, оснований для признания недопустимыми доказательствами протокола дополнительного осмотра места происшествия от 18.09.2012 года и сообщения следователя <скрыто> от 27.11.2012 года с указанием величин замеров используемых для исчисления продольного уклона на участке торможения автомобиля: «Ауди А 6», не имеется.

Наказание назначено <скрыто> с соблюдением требований статей 6 и 60 УК РФ, с учётом характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, данных о личности, отсутствия смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи, и является справедливым, как по своему виду, так и по размеру.

Доводы <скрыто> о противоправности поведения потерпевшего грубо нарушившего требовании п. 8.3 ПДД РФ, судом были рассмотрены и обоснованно отвергнуты, поскольку судом не установлено несоответствия с технической точки зрения действий водителя<скрыто> указанному пункту правил.

Личность осуждённого изучена судом в достаточной степени.

Так, суд учёл, что <скрыто> ранее не судим, совершил преступление средней тяжести, по месту жительства и учёбы характеризуется удовлетворительно, по месту военной службы по призыву – положительно.

Суд достаточно полно мотивировал своё решение о виде и размере назначенного наказания, которое может оказать действенное влияние на исправление осуждённого.

Назначенное <скрыто> наказание не является максимальным, соразмерно содеянному и отвечает принципу справедливости.

Выводы суда об отсутствии оснований для применения ст. 64 УК РФ, ч. 6 ст. 15 УК РФ, а также ст. 73 УК РФ в достаточной степени мотивированы и суд апелляционной инстанции находит их обоснованными. Представленные суду апелляционной инстанции сведения о трудоустройстве осуждённого с 14.08.2013 в ООО «Ольга» на должность водителя-экспедитора, где его характеризуют положительно, на вид и размер назначенного наказания не влияют.

Вид исправительного учреждения назначен осуждённому в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Вместе с тем, правильно назначив осуждённому <скрыто> отбывание наказания в колонии-поселении, суд изменил ему меру пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу.

Однако, как следует из положения ст. 75.1 ч. 2 УИК РФ, осуждённый следует в колонию-поселение за счёт государства самостоятельно. По решению суда осуждённый может быть заключён под стражу и направлен в колонию-поселение под конвоем только в случаях уклонения его от следствия и суда, нарушения им меры пресечения или отсутствия у него постоянного места жительства на территории РФ.

Ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного разбирательства <скрыто> избранную ему меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении не нарушал, вопрос об изменении ему меры пресечения на заключение под стражу не ставился. Тем самым, суд, в нарушение действующего законодательства и требований п. 41 ч. 1 ст. 308 УПК РФ, ст. 75.1 УИК РФ, назначив отбывание наказания в колонии-поселении, изменил меру пресечения и взял <скрыто> под стражу в зале суда, в то время как должен был определить порядок следования осуждённого к месту отбывания наказания самостоятельно.

Ввиду самостоятельного следования в колонию-поселение, суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из резолютивной части приговора указание об изменении <скрыто> меры пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу, взятии под стражу в зале суда и исчислении срока наказания с 04 июля 2013 года, поскольку постановлением Мурманского областного суда от 13 августа 2013 года, мера пресечения в отношении <скрыто> в виде заключения под стражу была отменена и он был освобождён из-под стражи.

Иных оснований для изменения приговора суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389:28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Североморского городского суда Мурманской области от 04 июля 2013 года в отношении <скрыто> изменить.

Исключить из резолютивной части приговора указание об изменении <скрыто> меры пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу, взятии под стражу в зале суда и исчислении срока наказания с 04 июля 2013 года.

Дополнить резолютивную часть указанием о том, что к месту отбытия наказания в колонию-поселение <скрыто> следовать самостоятельно, в соответствии с предписанием Управления ФСИН по Мурманской области о направлении к месту-отбывания наказания.

За получением предписания о направлении к месту отбывания наказания с обеспечением его направления в колонию-поселение осуждённому <скрыто> прибыть в Управление ФСИН по Мурманской области по адресу: г. Мурманск, ул. Папанина, д. 17 не позднее 10 суток со дня вступления приговора в законную силу.

Срок отбытия наказания <скрыто> исчислять со дня прибытия в колонию-поселение. Зачесть в срок отбывания наказания время следования осуждённого к месту отбывания наказания в соответствий с выданным ему предписанием о направлении к месту отбывания наказания в колонию-поселение из расчёта один день следования за один день отбывания наказания, а также время содержания под стражей в период с 04.07.201З года по 13.08.2013 года.

Разъяснить <скрыто>, что в случае его уклонения от следования в колонию-поселение, он по решению суда может быть заключён под стражу и направлен к месту отбывания наказания под конвоем.

Апелляционную жалобу адвоката Кудашева С. В. удовлетворить частично.

Настоящее определение может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в течение одного года со дня его вынесения.

Председательствующий: судья Мурманского областного суда <скрыто>.

ВернутьсяВернуться